ТЕЛЕФОН. Рассказ. Миляуша Кагарманова

Воспользовавшись выходом деда во двор, бабка Саида поспешно занялась поиском телефона. Она знает, дед пробудет там довольно таки долго. Накормит собаку, понаблюдает как она ест, ласково поговорит с псиной, затем состоится хождение в сторону туалета. Не зря же он, заявляя «щас обернусь», берет толстенный кусок хлеба не смотря на ворчание старухи, надевает валенки в галошах, накидывает фуфайку, шапку ушанку нахлобучит и на руки напялит варежки, сшитые из меха. Тот, кто скоро вернется, разве одевается как в лес по дрова? Старый знает, ходить он будет долго – заглянет в сарай, в огород выйдет, походит еще туда-сюда, поэтому и одевается тепло. Он то говорит «щасвернусь»…

- И куда этот телефон подевался? – сразу находится разве когда торопишься. Просмотрела все места, где приблизительно мог оказаться телефон, но не заметила, да и вещь небольшая, сразу не приметишь. Времени было в обрез, бабка не могла так впустую бегать, решила позвонить с домашнего, заглянула рядом лежащую тетрадку и набрала нужный номер. Телефон запищал, между креслом и диваном валялся окаянный. Дочери нужно ей позвонить, давеча при разговоре забыла об одной вещи сказать. Нужно звонить с сотового, дочка так наставляла, с домашнего выходит дорого. Ранее дед не дал договорить. Всячески намекал, сдвигал брови. Не терпит он, когда бабка долго висит на телефоне. «Целый день там мелишь» и так наорать может он. Да ну его!

Как начала нажимать кнопочки, послышалось, как дед сдавленно кашляет. Уже заходит! Саида направилась к двери, не зря он так рано обернулся, видать что-то случилось. Старик Аскат вошел в дом, нагнувшись вперед продолжительно откашлялся – видать надышался морозным воздухом. Старуху, пристально взирающую, в упор как будто не заметил, сел на скамейку, обувь скинул, повесил шапку, отстегнул пуговицы на фуфайке и... из-за пазухи котенка достал.

- Эге! Так значит! – оставив причитания Саиды без ответа, он прошел на кухню и рядом с кошачьей миской опустил бедного котенка. Едва коснувшись пола котенок взялся за остаток супа в миске.

Заметив, как дед направляется к холодильнику за молоком бабка завопила:

- Молоко на чай, не трогай!

Но дед разве когда-либо слушался? Налил все-таки. Котенок, задрожав всем телом, допил молоко, даже облизал всю миску. Пока найденыш был занят делом дед с бабкой заспорили.

- Ты собрал всех бездомных кошек с улицы, теперь дом полон ими, -  так начала бабка Саида.

- Чем тебе кошки мешают? Ходят они сами по себе. Почему придираешься? – не сдавался дед.

- Да знают тебя дурака, потому и подкидывают их возле нас.

- Хоть и дурак, но не злюка как ты.

- Добрым хочешь быть, иди, вон, подбери всех бездомных!

- И подберу, тебя забыл спросить. Пенсии моей хватит прокормить трех кошек. Так-то я и копейки не вижу, все ты тратишь, - добавил дед Аскат.

Слова эти взбесили старуху:

- Ах, аллах! Как будто я на твои деньги здесь сижу-принаряживаюсь! Вон за электричество, за газ, на зерно… Даже молоко покупаю! Ты кончаешь на своих кошек день в день.

Услышав, как у бабки голос становится все звонче, две кошки втихаря нырнули из зала в комнату деда. Давно они освоили, когда и где прятаться, прекрасно помнили – в этом доме они не званные и держатся только на доброте деда. Бабка строгая, скажет «брысь» и следом прилетит. Ладно, хоть дед заступается. Он накормит их и приласкает.

Саида знала, если дед уселся в зале прибавив звук на телевизоре, то бесполезно что-либо говорить, тем более ругаться, потому отмахнулась и завернувшись в большой пуховый платок, вышла из дому. В малой избе гуси на выводке, в углу загороженном закуточке ягнят содержат. Свела ягнят с овцами, из-за печки достала дрова и затопила печь. Гуси услышав ее, одна за печкой, другая под топчаном, загалдели. Саида ответила:

- Сидите, сидите, не к вам я, не трону. Высиживайте своих птенцов в лучшем виде.

Справившись здесь делами, решила переждать пока насытятся ягнята и огонь в печке догорит, села прислонившись на топчан, и друг, вспомнила о телефоне в кармане халата. Погоди, нужно поговорить пока нет никого! Взяла, посмотрела, а там не принятый звонок висит на экране.

- Ага. Кто может быть? – разговаривая сама с собой, смотрела на неизвестный номер и решила позвонить. Звонок дошел, но с той стороны долго не брали. Как только решила дать отбой с той стороны кто-то медленно заговорил:

- Да-а?

 - Вот что… вы звонили мне?

- Так что-ли… - успел сказать мужчина и начал кашлять. Отведя трубку в сторону, он долго откашливался. Саида терпеливо ждала, услышав в трубке, как он шумно прочистил горло, спросила:

- Как сильно кашляешь! Болеешь?

- Кашляю, не проходит, - согласился тот.

- Первоцвет не высушивали? Отвар от него хорошо берет. И другие травы есть. Пусть посмотрит, жена, наверное, есть?

- Так-то есть, но ей не до меня, - сказал мужчина отчужденно.

- Как так?- сама не заметила Саида, как спросила.

- Она все сериалы смотрит да по подружкам шастает.

  Долго не откладывая, бабка Саида незнакомцу с той стороны рассказала несколько способов, как избавиться от кашля.

- Ладненько, спасибо, попробую как сказали, - довольный ответил тот.

- Не болей, будь здоров, - так попрощались с этой стороны. Мужчина в ответ только откашлялся. Видимо, он так попрощался. Оторвавшись от телефона, Саида некоторое время сидела в раздумье. Какой-то … приятный на разговор человек оказался, подумала она. Как кашляет, бедненький… Жена называется, могла бы вылечить, бестолковая. Такой добродушный мужчина.

Как только она покинула избу, дед тоже вышел накормить мелкую скотину и закрыть на ночь. К его возвращению у Саиды начался сериал. Надев очки взяла вязание и погрузившись в кресло перед самым экраном телевизора, она забыла обо всем.

Аскат был привыкший заботиться о себе сам, поел, согрев суп в небольшой кастрюле, не обделил также кошек своих. Чуть погодя занес из кладовки травы и поставил настояться. Натопил печку на вечер. Газеты-журналы достал из почтового ящика и прилег в своей комнате за чтением. Кошки, все трое, забравшись на него свернулись клубочками. За окном весенняя ночь собралась метелить.

Прошло два-три дня. Саида как раз чистила снег, застывший на ступеньках малого домика, и тут зазвенел телефон, по привычке носившийся в кармане халата.

- Даа! – так она встретила звонок, но по приветствию узнав мужчину, с которым разговаривала в тот день, бросила лопату и заторопилась в избу.

- Бегаешь что ли? Еле дышишь как, - так начал разговор ее знакомый.

- От снега чистила, - ответила Саида.

- А почему ты? Где муж?

- Не чистит он, два дня как буран прошел, в галошах во двор не выйти.

- Таак… А я выпил настои трав, как ты учила, вот, почти выздоровел, хотел об этом сказать, потому звоню, -  в приподнятом настроении продолжил он.

- Хорошо, коли так.  Теперь, раз кашель прошел, пусть жена спину помажет.

- Как бы не помазала.

- Мда… Если так делать, пользы больше. На худой конец, баню затопи, попарься, все застылые места на теле рассосутся, - и на этот раз Саида не удержалась – дала множество советов. Та сторона молча все выслушала, несколько раз поблагодарила и со словами «вот какие бывают хорошие жены» положила трубку. Бабке Саиде стало так хорошо. Долго просидела с улыбкой на устах. Какие бывают мужчины, умеют же делать приятное женщинам, находят теплые слова.

За обеденным чаем Аскат предложил жене:

- Айда баньку затопим.

По лицу Саиды тень пробежала:

- Ай аллах, выходных может дождемся? Думаешь легко с колодца воду таскать, на верх тянуться, наливать? Дети приедут все равно натопят.

- Воды то сам натаскаю, если что?

Старуха не поверила, уставилась на деда, не ослышалась ли:

- Вот те на! Если ты воду натаскаешь солнце не выйдет завтра, - со смехом выговорила она.

- А что? Я воду никогда не таскал? – в глазах деда Аската искорки заблестели.

- Так-то да, таскал… но было это в далеком прошлом.

-  Прошлое в прошлом… Час натаскаю.

В таком приподнятом духе завершился обед. Дед баню затопил, под настроение и двор от снега перелопатил. Наблюдавшая за всем этим из окна Саида думала о мужчине, с которым общалась по телефону. Наверное, такие работы он каждый день проделывает, не обременяет жену. С таким человеком, наверное, приятно жить. Вдруг она вспомнила его слова «вот какая бывает хорошая жена» и ей захотелось стать еще лучше. Саиде показалось, что он наблюдает за ней, еще чего, узнает не хорошие ее стороны. Поэтому, когда относила мужу сменную одежду, из холодильника прихватила топленное масло и протянула ему:

- Возьми, пусть оттаивает пока, чуть погодя спину тебе намажу.

В последующие дни Саида еще сильнее стала дорожить телефоном. С нетерпением дожидалась звонков того мужчины. Странно, он как будто знал, когда Саида выходит во двор, всегда удачно попадал. Она слушала его, рассказывала о своих делах. Давала советы, поддерживала его во всем. Тот также хвалил ее, оставался благодарным. Та сторона тоже была не совсем довольна своей парой, не забывал иногда посетовать на свою жену. Со слов своего знакомого после таких разговоров Саида в себе тоже примечала схожие качества как «вечно перед телевизором», «не посидит не поговорит», «не заботится обо мне». Да разве она не такая же?  Стыду не оберешься, если он узнает.

Сегодня Саида поставила кислое тесто, в кипящем масле испекла лепешки. Затем позвала мужа:

- Айда, чайку попьем со смаком. Все время один ешь. Мы что, не семья?

Дед как ребенок обрадовался угощениям на столе:

- Вот, старая, затеяла так затеяла! Лепешки испекла? Лежу, думаю, откуда такой вкусный запах идет? Давненько так не угощала. Ай молодчина! Ай молодчина…

За разговором они долго пили чай. Аж вспотели, чай был с травами, остались довольными. У бабки Саиды словно душа оттаяла, даже кошкам, выстроившимся возле деда, налила молока. В этот момент она мельком вспомнила слова того мужчины о своей жене «не терпит ни кошек, ни собак». А вот она не такая, терпит, выносит, раз мужу нравятся, что тут поделаешь? Аскат неожиданно заявил:

- Ладно, иди уж, сериал твой начинается.

Саида удивленно засмеялась:

- Аллах! Где человек, который все ругался из-за кино и телефона?

- Да что уж тут, раз привыкла, до сих пор смотрела - досмотри. Иди, иди. Я нынче насос из колодца достал, попробую починить. Говоришь же, что устала ведрами воду таскать.

- Ай, пусть будет так! Хорошо, если сделаешь. Не было бы никого лучше тебя.

Муж и жена сегодняшний день завершили с миром, не ругаясь. Давно такого не случалось.

Дни становились все краше. И дома дела шли к лучшему. В последнее время старик у Саиды сильно изменился, словно маслом мазанный. Делает все, что скажешь и не скажешь. Как прежде не ворчит, из-за пустяков не ругается. Для них стало привычкой зачастую чаевничать за долгим разговором. До сих пор они спали в разных комнатах, но однажды дед со словами «скучно мне» переселился к бабке. Да, изменился он, сильно изменился, как будто заменили его. Правда и Саида изменилась, не сказать, что не изменилась. На кухне чаще начала суетиться, хлеб сама печет, не покупают как прежде. Деда вылечила от кашлей, в последнее время он жалуется на боли в ногах, находит она способы, обхаживает его. Уже на поправку идет. От внимания он как масло оттаивает, говорит: «Старушка, после тебя чтоб мне ни дня не остаться». В такие моменты совесть давит Саиду. Все же тому мужчине плохого наговорила о своем старике. В действительности, дед теперь ничуть не плохой. Наоборот, кажется, нет лучше него. Эй, хватит, сколько можно, не стоит больше разговаривать с тем человеком, подумала она. Не дело это! Дед узнает - всю душу вытрясет. Так решила бабка и удалила с телефона тот номер. Если вдруг позвонит, скажу, есть у меня свой муж, хозяйство свое, а вот времени мало, да и не годится так. Впрочем, тот мужчина больше не звонил. Поскольку, он пришел к такому же решению.

Перевод с башкирского Гульфиры Гайсаровой.